главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
Крохмаль Нахман. Электронная еврейская энциклопедия
Крохмаль Нахман

КЕЭ, том 4, кол. 592–595

КРО́ХМАЛЬ Нахман (Krochmal, Nachman; акроним רַנַ"ק, Ранак; 1785, Броды, Галиция, – 1840, Тернополь), философ, историк, один из основоположников иудаистики (см. Наука о еврействе) и ведущих мыслителей Хаскалы в Восточной Европе. Большую часть жизни Крохмаль провел в городе Жолква, превратив его в один из центров Хаскалы, с которым были связаны такие ее деятели, как Ш. И. Л. Рапопорт, И. Эртер, Ш. ха-Леви Блох (1784–1845), Х. М. Пинелес (1806–70), И. Х. Шор, М. Леттерис, Ц. Х. Хайес и другие. Хотя Крохмаль избегал активной общественной деятельности, он пользовался огромным авторитетом среди сторонников Хаскалы и оказал большое влияние на их взгляды, в частности на их отрицательное отношение к хасидизму. После смерти жены (1836) Крохмаль вернулся в Броды, а затем поселился в Тернополе (1838). Самостоятельно приобретенные обширные знания в разных областях, особенно в истории и философии, Крохмаль целиком посвятил главной задаче своей жизни — созданию философской системы, представляющей иудаизм в его духовно-исторических проявлениях. Крохмаль поддерживал тесную связь с основателями Виссеншафт дес юдентумс, в отличие от которых писал не на немецком языке, а на иврите, обогатив его рядом научных терминов, чем внес важный вклад в развитие современной литературы на иврите (см. Иврит новая литература).

Взгляды Крохмаля формировались под влиянием Маймонида и Аврахама Ибн Эзры, а также немецких философов Канта, Шеллинга и, в особенности, Гегеля. Главный труд Крохмаля «Море невухей ха-зман» («Наставник колеблющихся нашего времени», 1851; издал Л. Цунц после смерти автора) лишь частично посвящен чисто философским вопросам. Его 17 глав образуют четыре раздела: главы 1–7 – философия религии и философия истории; главы 8–11 – краткое изложение еврейской истории; главы 12–15 – анализ еврейского литературного наследия на основе историко-критического метода; в главах 16 и 17 Крохмаль попытался изложить основы своей философии, не получившей, однако, систематической разработки.

Крохмаль принадлежал к школе немецкого идеализма (см. выше), которая считала спекулятивную (умозрительную) философию главным средством постижения реальности. Следуя Гегелю, Крохмаль определял реальность в себе как абсолютный дух (ха-рухани ха-мухлат), идентифицируя это понятие с традиционным религиозным понятием Бог. Переход от абсолютной реальности к производной реальности конечных вещей, соответствующий, согласно Крохмалю, религиозному понятию сотворения мира из ничего, трактуется им как бесконечный процесс самоограничения Бога, в основе которого лежит свободный акт ничем не понуждаемой Божьей воли. Подобно каббалистам (см. Каббала), Крохмаль отождествляет «ничто», из которого был сотворен мир, с Богом и приходит к выводу, что Бог сотворил мир из самого Себя. Крохмаль исходит из предпосылки, что абсолютный дух — единственный объект человеческого познания. Религия по своей природе является познанием в не меньшей степени, чем философия, и отличается от нее лишь формой познания. Религиозная вера и философское понимание представляют различные ступени постижения духа. Религия познает действительность при помощи образов, философия — при помощи понятий, идей. Поскольку интеллектуальное познание носит более общий характер, чем образное, философия придает религиозным убеждениям большую полноту и ценность. Крохмаль считал, что, представляя философию высшим средством постижения религиозной истины, он следует взглядам средневековых еврейских философов (в особенности Маймонида), полагавших, что Тора поощряет философское умозрение и содержит в себе, по крайней мере потенциально, философскую истину. Поскольку, согласно Крохмалю, все религии основываются на духе, то между ними нет существенных различий. Вместе с тем Крохмаль считал библейскую веру уникальной по чистоте и универсальности ее образов.

Следуя Гегелю, Крохмаль усматривает в истории развитие абсолютной идеи. Каждый народ является носителем определенного духовного начала, на котором основано его существование; жизнь народа продолжается, поскольку в ней воплощается это начало. Если Гегель, рассматривавший национальные государства и народный дух как особые проявления самосознания абсолютного духа, видел единственное значение исторического процесса в самопознании абсолютной идеи, Крохмаль уделяет главное внимание самому процессу развития национальной культуры. Народ, постепенно поднимаясь с низших, первобытных ступеней культуры, созидает своего «бога» (элохей ха-умма) и приобщается к универсальному духу.

Чтобы раскрыть внутреннюю конкретную структуру истории народов, Крохмаль обращается к эволюционному методу философии истории, согласно которому историю каждого народа можно разделить на три периода: рост и развитие, мощь и инициатива, упадок и уничтожение. Эту схему Крохмаль применяет к анализу экономических, интеллектуальных и культурных факторов, определяющих жизнь народа, но как идеалист подчиняет их метафизическому принципу духа. Согласно Крохмалю, сущность народа заключена не в нем самом, а в духе, находящем в нем свое выражение. История еврейского народа подчинена той же трехчастной схеме, что и история других народов, но еврейский народ отличается тем, что он вечен. Крохмаль объясняет это особыми, уникальными отношениями, существующими между еврейским народом и Богом, абсолютным духом. Сильнее всего связь между ними выражена в откровении на горе Синай и у израильских пророков. Вечность еврейского народа обеспечивается постоянным обновлением его национальной жизни и повторением цикла из трех этапов развития, каждый раз на более высоком уровне. Как автор концепции соединения в судьбе Израиля земных и метафизических начал и благодаря своей вере в необходимость обновления творческих сил народа после периода духовного застоя, Крохмаль предвосхитил современную сионистскую философию еврейской истории.

Крохмаль — один из первых еврейских мыслителей, обратившихся к истории «с целью познания нашей сущности и нашей природы» и тем заложивших основы научной иудаистики. Его метод отличен от метода исторической школы, представленной Л. Цунцем, А. Гейгером и Г. Грецем; согласно Крохмалю, лишь философия может раскрыть «конечную цель» истории. Вместе с тем философ настаивал на необходимости применения эволюционного метода в изучении еврейского литературного наследия, в особенности Галахи и Аггады. В исследовании Галахи Крохмаль стремился дать интерпретацию Устного Закона, установив его возникновение в древности и проследив его развитие вплоть до фиксации в Талмуде. Аггада, по мнению Крохмаля, выросла из морально-дидактической потребности донести библейские идеи до народа. Аггада — это популярная философия, лучшими образцами которой являются притчи, ясно говорящие о Боге, мире, человеке, истории и народе Израиля. Согласно Крохмалю, развитие еврейской мысли от Филона Александрийского до М. Мендельсона представляет собой единый процесс раскрытия вечной философской истины, который может быть подразделен на различные периоды в зависимости от того, насколько адекватно эта истина раскрывалась в те или иные моменты жизни народа.

Аврахам Крохмаль (1820, Жолква, – 1888, Франкфурт-на-Майне), сын Нахмана Крохмаля, писатель, мыслитель и публицист. Отличался рационалистическим подходом к иудаизму и рассматривал его главным образом как этическое учение. Склонялся к реформизму в иудаизме и категорически отрицал хасидизм.

 ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА > Философия Нового времени
Версия для печати
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту Кронекер Леопольд Кругер Яков следующая статья по алфавиту