главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
иврит язык. Электронная еврейская энциклопедия
иврит язык

КЕЭ, том 2, кол. 631–639

ИВРИ́Т ЯЗЫ́К (הַשָּׂפָה הָעִבְרִית, הַלָּשׁוֹן הָעִבְרִית)


Введение. Иврит, язык евреев, существующий уже свыше трех тысяч лет; древнейшие поддающиеся датировке литературные памятники иврита, сохраненные библейской традицией, относятся к 12 в. или 13 в. до н. э. (например. Песнь Деборы, Суд. 5:2–31), первая надпись — предположительно к 10 в. до н. э.

Иврит — язык семитского происхождения. К семитским языкам, кроме иврита, принадлежат также арамейский, арабский, аккадский (ассиро-вавилонский), эфиопские и некоторые другие языки Передней Азии. Особенно близки к ивриту финикийский и угаритский языки, принадлежащие вместе с ним к ханаанской ветви семитской группы языков.

Семитская группа языков сама является одной из ветвей семито-хамитской языковой семьи, к которой, наряду с семитскими, принадлежат также египетские языки, берберские (Северная Африка), кушитские (Эфиопия, Сомали и соседние территории) и чадские языки (Северная Нигерия, Северный Камерун, Чад). На этом генетические связи иврита еще не кончаются: по мнению ряда исследователей, семито-хамитская языковая семья обнаруживает древнее родство с индоевропейской семьей языков, с картвельскими языками (грузинским и другими), с уральскими (финно-угорскими и самодийскими), с тюркскими, монгольскими, дравидийскими языками Индии и с некоторыми другими языками Евразии, составляя вместе с ними ностратическую макросемью языков.

I. ИСТОРИЯ ИВРИТА

В истории иврита можно выделить несколько периодов:

1. Библейский иврит (12–2 вв. до н. э.). Основными языковыми памятниками этого периода являются книги Библии. Собственно говоря, в текстах Библии подлинным памятником библейского иврита является лишь буквенная часть (то есть прежде всего согласные), диакритические же знаки (נְקֻדּוֹת), передающие гласные и удвоение согласных, добавлены лишь в конце I тысячелетия н. э. Хотя передаваемая ими еврейская религиозная традиция чтения Библии восходит к произношению, преобладавшему в библейский период, она отражает также фонетические изменения (закономерные фонетические переходы) в иврите последующих эпох и потому не принадлежит к библейскому ивриту. На иврите конца библейского периода написана также часть апокрифов (см. Апокрифы и псевдоэпиграфы), однако из них лишь немногие фрагменты дошли до нас в еврейском оригинале. К числу памятников библейского иврита относятся и немногочисленные надписи той эпохи. Самая древняя из них — календарь из Гезера, 10 в. до н. э.

2. Послебиблейский иврит (1 в. до н. э. – 2 в. н. э.). Основными памятниками иврита этого периода являются тексты Мёртвого моря свитков, Мишна, Тосефта и частично галахические мидраши. Если тексты свитков Мертвого моря в основном написаны на литературном языке, продолжающем традиции библейского иврита, то Мишна и Тосефта близки по языку к живой разговорной речи того времени и существенно отходят от норм библейского иврита. В эту эпоху иврит начинает вытесняться из повседневного обихода арамейским языком — языком межэтнического общения в Передней Азии. Дольше всего иврит сохранялся в качестве разговорного языка в Иудее (до 2 в. н. э., а по некоторым данным, возможно, и до 4 в. н. э.), на севере же (в Галилее) вышел из разговорного употребления ранее, оставаясь лишь языком письменности и культуры. Мишнаитский иврит отличается от библейского языка в синтаксисе (построение предложения, употребление глагольных времен и прочее), в морфологии (сложилась современная система трех времен глагола, появились притяжательные местоимения типа שֶׁלִּי [šεl'lī] `мой` и многие другие), в лексике (некоторые употребительные прежде слова сменились новыми, в иврит проникло немало заимствований из арамейского и греческого языков). Были, видимо, и фонетические изменения (особенно в гласных), но они не отражены в графике и потому скрыты от нас.

3. Талмудический иврит (3–7 вв. н. э.). Перестав быть средством устного общения, иврит сохраняется как язык религии и письменности. Евреи говорят главным образом на диалектах арамейского языка: на западном позднеарамейском в Палестине и на одном из восточных позднеарамейских диалектов в Месопотамии. Под влиянием арамейских диалектов складываются три нормы произношения иврита (при чтении библейских и других текстов): одна в Месопотамии (вавилонское произношение) и две в Стране Израиля (тивериадское и так называемое «палестинское» произношения). Все три традиции произношения зафиксированы созданными в 7–9 вв. н. э. системами диакритических знаков огласовки (נְקוּדוֹת): вавилонской, тивериадской и палестинской. Наиболее подробная из них — тивериадская. Она со временем вытеснила из употребления остальные системы и применяется евреями до сих пор. Иврит этой эпохи испытал значительное арамейское влияние также в лексике и в синтаксисе. Основными памятниками талмудического иврита являются ивритские части Гемары Вавилонского и Иерусалимского Талмудов и часть мидрашей. На рубеже этой и последующей эпох создаются первые произведения религиозной поэзии (см. Пиют).

4. Средневековый иврит (8–18 вв. н. э.). Евреи, живущие в разных странах Европы, Азии и Северной Африки, продолжают активную литературную и культурную деятельность на иврите. Богатейшая еврейская средневековая литература на иврите охватывает обширную тематику и разнообразна по жанрам: религиозная поэзия (пиют), светская поэзия (достигшая расцвета в творчестве испано-еврейских поэтов 10–13 вв.), нравоучительные рассказы, переводная проза (например школа Ибн Тиббонов в 12–15 вв.; см. Тиббониды), научная литература (лингвистическая, философская, географическая, историческая, математическая, медицинская), комментарии к Библии и Талмуду (например, Раши), юридическая литература, богословие, каббалистическая литература и прочее (см. Шломо Ибн Габирол; Иехуда ха-Леви; Каббала; Маймонид; Респонсы; Философия). Новая тематика и новые жанры литературы связаны с обогащением лексики. Лексика иврита обогащается за счет словообразования (словопроизводство посредством еврейских аффиксов и моделей от еврейских и арамейских корней, словообразование по аналогии), заимствований (главным образом из арамейского языка), калек (по образцу арабского литературного языка, а позднее — европейских языков), семантических изменений слов и развития фразеологии. Развивается и усложняется также синтаксис. В странах галута иврит испытывает влияние языков повседневного общения (средневерхненемецкого языка и происходящего из него языка идиш, староиспанского и происходящего из него джудесмо (см. Еврейско-испанский язык), диалектов арабского, арамейского, персидского и других языков) и фонетически эволюционирует вместе с эволюцией этих языков и их диалектов. Так, в соответствии с развитием средневерхненемецкого ō в ow в западных диалектах идиш (Германия), в oj в центральных диалектах (Польша, Украина, Румыния), в ej в северных диалектах (Литва, Белоруссия): grōs `большой` > западный идиш — grows, центральный идиш — grojs, северный идиш — grejs, древнееврейское ō испытывает ту же эволюцию: עוֹלָם [‘o'lām] `мир (свет)` > 'owlem, 'ojlem, ejlem. Так сложились существующие и поныне традиционные системы ивритского произношения (чтения текстов) у различных еврейских общин: ашкеназская (в Центральной и Восточной Европе), сефардская (у выходцев из Испании), йеменская, багдадская, северо-африканская, новоарамейская (у евреев Иранского Азербайджана и Курдистана, говорящих на современных арамейских диалектах), персидская, бухарская (Средняя Азия), татская (на востоке Кавказа), грузинская и другие.

5. Иврит эпохи Хаскалы (18–19 вв.). Литераторы и просветители Хаскалы ввели иврит в орбиту современной европейской культуры. Иврит становится языком художественной литературы современных жанров (в том числе роман и драма) и современной тематики, языком публицистики, литературной критики, науки современного типа. Писатели Хаскалы стремились очистить иврит от средневековых напластований и отмежеваться от языка раввинистической литературы. Часть из них (Н. Г. Вессели, А. Мапу, К. Шульман, И. Эртер и другие) стояли на позициях крайнего пуризма, стремясь писать на чисто библейском иврите, что чрезвычайно ограничивало лексические ресурсы языка и при попытках обозначить предметы, не упомянутые в Библии, заставляло писателей прибегать к громоздким описательным оборотам. Так появился в иврите так называемый «высокопарный стиль» (סִגְנוֹן מְלִיצִי) , нередко трудный для понимания. Другие писатели Хаскалы, хотя и ориентировались преимущественно на лексику библейского иврита, применяли в необходимых случаях и слова из послебиблейской, талмудической и средневековой литературы (например, средневековые медицинские термины שִׁעוּל [ši'ul] `кашель` и מַזְלֶפֶת [maz'lefet] `шприц`, возрожденные просветителем Менахемом Мендлом Лефином в 1789 г.), а нередко и создавали новые слова, требующиеся для выражения понятий современной жизни. Некоторые из этих неологизмов сохранились и в современном иврите, например כְּתֹבֶת ['ktovet] в значении `надпись` и `адрес`, רְהִיטִים [Rehi'tim] в значении `мебель`, הִתְקָרְרוּת [hitkaRe'Rut] в значении `простуда` (неологизмы М. А. Гинцбурга, 1795–1846), חֹקֶן ['xoken] `клизма`, בְּחִילָה [bxi'la] `тошнота` (неологизмы М. Лефина, конец 18 в.). Творчество виднейших писателей, просветителей и публицистов Хаскалы (например, Ш. Д. Луццатто, И. Л. Гордона, П. Смоленскина) способствовало модернизации и обогащению иврита.

6. Современный иврит (с 1880-х гг. до наших дней). Зачинателем современного иврита можно считать Менделе Мохер Сфарима. В произведениях, написанных после 1886 г., он создает новую стилистическую систему, основанную на использовании языковых богатств всех эпох истории иврита. Применение слов и оборотов Мишны, Гемары, мидрашей, Раши и молитв создает впечатление простого (как бы разговорного) стиля, ибо в сознании читателя того времени такие слова и обороты ассоциировались с местечком и разговорным языком (так как именно к этим источникам восходит ивритско-арамейский компонент языка идиш, пословицы, поговорки и крылатые слова, которыми была пересыпана речь местечкового еврея). Этот простой стиль мог быть противопоставлен более высокому и поэтическому (использующему, например, лексику библейских пророков и ассоциируемому с литературой Хаскалы). Таким образом преодолевалась стилистическая одноплановость иврита и расширялись его языковые ресурсы. Творчество Менделе и последующих писателей (Ахад ха-‘Ам, Х. Н. Бялик и другие) приблизило иврит к жизни и оказало большое влияние на дальнейшее развитие языка (см. Иврит новая литература).

На рубеже 19 в. и 20 в. происходит беспрецедентное в истории языков событие — возрождение мертвого древнего языка. Мертвыми принято считать языки, которые не служат для повседневного устного общения и ни для кого не являются родными, даже если эти языки (как латынь в средние века и санскрит в 1–2 тыс. н. э.) и продолжают использоваться в письменности, культе и литературном творчестве. Возрождение мертвых языков в истории не наблюдалось и считалось немыслимым. И тем не менее мертвый язык, который называли древнееврейским, возродился в качестве естественного живого языка — языка повседневного общения целого народа. Пионером возрождения иврита был Эли‘эзер Бен-Иехуда. Приехав в Иерусалим в 1881 г., он начал интенсивную пропаганду возрождения разговорного иврита как составной части духовного возрождения нации. Его пропагандистская и издательская деятельность, его словари иврита (карманный и полный многотомный) и его личный пример (в семье Бен-Иехуды говорили только на иврите, и его старший сын был первым ребенком, родным языком которого стал иврит) сыграли первостепенную роль в превращении иврита в язык повседневного устного общения. Инициатива Бен-Иехуды и его сподвижников была поддержана еврейскими репатриантами первой и второй алии. Самым существенным фактором возрождения иврита оказались школы в еврейских сельскохозяйственных поселениях, где языком обучения и общения служил иврит. Воспитанники этих школ в дальнейшем говорили на иврите в своих семьях, и для их детей иврит уже был родным языком.

Э. Бен-Иехуда и возглавляемый им с 1890 г. Комитет языка иврит (Ва‘ад ха-лашон ха-‘иврит, וַעַד הַלָּשׁוֹן הָעִבְרִית) проводили большую работу по созданию недостающих языку слов (главным образом путем использования ивритских и арамейских корней и ивритских словообразовательных моделей) и по нормированию языка. Эту работу продолжает созданная в 1953 г. (на базе Комитета языка иврит) Академия языка иврит.

По мнению Бен-Иехуды, фонетика возрожденного иврита должна была базироваться на сефардском произношении (то есть на произношении выходцев из Испании и восточных стран). Основание для такого выбора — в том, что сефардское произношение ближе ашкеназского (центрально- и восточноевропейского) к древнему произношению иврита (точнее, к тому условно-школьному чтению, которое принято в европейских университетах и христианских семинариях при изучении библейского иврита.

Сефардское произношение сохранило также древнее место ударения в слове, тогда как в ашкеназском произношении в конечноударных словах и формах ударение обычно сдвинуто на предпоследний слог: יָתוֹם `сирота` (библейское jā'tōm) в сефардском и университетско-семинаристском произношении звучит ja'tom, а в ашкеназском — 'josejm и 'jusojm. Сефардское произношение воспринималось поэтому как более близкое к исконному, а ашкеназское — как испорченное, ассоциируемое с галутом и потому неприемлемое.

И действительно, в указанных выше отношениях (судьба תֿ, холама, цере, камаца и ударения) возрожденный иврит сходен с сефардским произношением. Однако почти во всем остальном обычная фонетическая норма современного иврита оказалась близка к языку идиш: гортанные ע [‘] и ח [ḥ̣] как особые фонемы исчезли (вопреки усилиям Бен-Иехуды и пуристов), ר реализуется как увулярное (грассирующее) R, гласный шва первого слога пал (а не дал e, как в восточном и сефардском произношении): דְּבַשׁ `мед` — 'dvaš, а не de'vaš, интонация в иврите очень близка к интонации идиш. Фонетику современного иврита можно примерно охарактеризовать как «сефардский иврит с ашкеназским акцентом». Причина ясна: большинство иммигрантов первой половины 20 в. приезжало из России, из Восточной и Центральной Европы, и их родным языком был главным образом идиш (или немецкий язык).

В 3–19 вв. н. э., когда иврит был лишь языком письменности и культуры, его эволюция следовала закономерностям исторического изменения мертвых языков, функционирующих как языки культуры — таких, как средневековая латынь, классический и буддийский санскрит: грамматические формы слов законсервированы (изменения могут касаться лишь степени их употребительности и семантического наполнения грамматических категорий), фонетические изменения — лишь проекция фонетической истории разговорных языков-субстратов, и только лексика развивается относительно свободно: она пополняется новыми лексическими единицами за счет словообразования, заимствования из других языков и семантического изменения слов; может происходить борьба синонимов, выход слов из употребления и т. п. После возрождения иврита как разговорного языка картина резко изменилась. Как и во всяком живом языке, в иврите происходят автономные (то есть не зависящие от влияния других языков) фонетические изменения, зарождающиеся в просторечии или в речи молодежи и затем распространяющиеся на все более широкие слои населения. Именно такой характер носит, например, ослабление и полное исчезновение h, особенно в начале слова: aši'uR it'xil вместо hašI'uR hit'xil (הַשִׁעוּר הִתְחִיל) `урок начался`. Изменения в морфологии касаются теперь и грамматических форм слова: на месте ktav'tem (כְּתַבְתֶּם) `вы написали` в разговорном иврите произносят ka'tavtem (по аналогии с другими формами в парадигме прошедшего времени: ka'tavti `я написал`, ka'tavta `ты написал`, ka'tavnu `мы написали` и т. д.). Как и во всяком живом языке, подобные изменения морфологии возникают первоначально в просторечии и в речи детей, а затем могут проникнуть и в разговорную норму (как приведенный пример) либо остаться достоянием просторечия (как форма ha'zoti `эта` при литературном и нейтрально-разговорном ha'zot (הַזֹּאת). Да и в развитии лексики появились новые процессы: наряду с новообразованиями, возникающими в письменной речи писателей, журналистов, ученых и юристов или декретируемых Академией языка иврит, есть много новообразований, зарождающихся в просторечии или сленге и оттуда проникающих в общеразговорную норму, а иногда и в литературный язык: מְצֻבְרָח [mecuv'Rax] `расстроенный` было вначале шуточным сленговым неологизмом, произведенным по модели meCuC'CaC (причастие пассивной породы pu'‘al от четырехсогласных глаголов) от מַצַּב רוּחַ [ma'cav-'Ruax] `состояние духа, настроение` (в просторечии `плохое настроение`). Комичность неологизма — в том, что причастие образовано от словосочетания и начальное m- производящей основы одновременно служит префиксом причастия. Однако сейчас слово утратило свой комизм и сленговый характер и стало общеразговорным; оно довольно широко применяется в художественной литературе. От него производятся новые слова: הִצְטַבְרֵחַ [hictav'Reax] `(он) расстроился`.

ОКОНЧАНИЕ СТАТЬИ СНЯТО ДЛЯ ДОРАБОТКИ

ТЕКСТ БУДЕТ ОПУБЛИКОВАН ПОЗДНЕЕ

 ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ > Иврит
Версия для печати
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 
Титульный лист учебника иврита Ш. Гордона. Варшава, 1896.

Титульный лист учебника иврита Ш. Гордона. Варшава, 1896.
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту иврит новая литература Игдал следующая статья по алфавиту