главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
Бейлис Менахем Мендель. Электронная еврейская энциклопедия
Бейлис Менахем Мендель

КЕЭ, том 1+Доп.2, кол. 317–318+142
Обновлено: 12.02.2005

БЕ́ЙЛИС Менахем Мендель (1874, Киев, – 1934, около Нью-Йорка), жертва кровавого навета, обвиненный в убийстве 12-летнего Андрея Ющинского. Бейлис — приказчик на кирпичном заводе Зайцевых — был арестован 22 июля 1911 г., после того как 20 марта 1911 г. на окраине Киева в одной из неглубоких пещер был найден труп А. Ющинского, внебрачного сына мещанки А. Приходько, ученика подготовительного класса Киевского Софийского духовного училища. На трупе было обнаружено 47 колотых ран.

Уже в день похорон Ющинского в Киеве распространялись антисемитские (см. Антисемитизм) прокламации, призывавшие к кровной мести евреям за смерть якобы замученного ими мальчика. Производившие следствие начальник Киевского охранного отделения Е. Мищук, пристав Н. Красовский, судебный следователь по особо важным делам В. Фесенко не видели в деле никаких оснований для подозрений в ритуальном характере убийства. Они хотели привлечь к ответственности настоящих виновников преступления — содержательницу воровского притона Веру Чеберяк и ее помощников, боявшихся, что мальчик, друг сына Чеберяк, много знал о преступной деятельности посетителей и владельцев притона. Статьи в черносотенной прессе, которые настаивали на ритуальном характере убийства, запрос крайне правых депутатов 3-й Государственной думы по поводу расследования убийства А. Ющинского повлияли на министра юстиции И. Щегловитова, хорошо знавшего об антиеврейских настроениях императора, и он активно вмешался в ход следствия. Он отстранил от участия в расследовании судебного следователя В. Фесенко, не сменяемого по закону. Были уволены Е. Мищук и Н. Красовский.

Ведение следствия было поручено прокурору Киевской судебной палаты Г. Чаплинскому. Вместо В. Фесенко был командирован из Петербурга следователь по особо важным делам Н. Машкевич, построивший расследование на показаниях Веры Чеберяк. Для наблюдения за следствием в Киев был направлен другой приближенный И. Щегловитова — вице-прокурор 1-го уголовного департамента А. Лядов, который наблюдал за тем, чтобы дело развивалось в нужном направлении. Во время следствия от М. Бейлиса пытались любой ценой добиться признания в убийстве А. Ющинского. К нему в камеру подсаживали полицейских провокаторов, надзиратель, выполнявший в тюрьме обязанности палача, по ночам будил Бейлиса и сообщал, что за его казнь он получит 25 рублей и с удовольствием посмотрит, как он будет висеть. Следствие продолжалось более двух лет, однако не удалось найти никаких доказательств виновности Бейлиса. И. Щегловитов летом 1913 г. вызвал в Петербург начальника московского уголовного розыска А. Кошко, считавшегося лучшим сыщиком в России, и поручил ему познакомиться с материалами дела и выявить «возможно выпуклее все то, что может послужить подтверждению наличия ритуала». После месячного изучения материалов дела А. Кошко заявил министру: «Я бы никогда не нашел возможность арестовать и держать его (Бейлиса) годами в тюрьме по тем весьма слабым уликам, которые есть против него в деле». А. Кошко объяснил И. Щегловитову, почему версия о ритуальном убийстве невероятна: «...евреи прекрасно осведомлены о юдофобских настроениях, что пышным цветом расцвели за последнее десятилетие. Они не забыли и той страшной волны погромов, что еще так недавно прокатилась по России. Как при таких условиях предположить, что евреи, убивая Ющинского, выбрали бы для этого город Киев с его многочисленными монархическими организациями... Как предположить или, вернее, как объяснить, что выбор жертвы пал не на бездомную сироту, а на мальчика, многим хорошо известного. Наконец, как согласовать противоречие: страх перед погромами, с одной стороны, и оставленной чуть не визитной карточки (в виде обескровленного тела и 13 ран на виске и темени, с другой)».

По инициативе Г. Слиозберга и киевского адвоката А. Марголина, руково­дителя созданного в 1911 г. комитета по защите Бейлиса, было проведено частное расследование убийства А. Ющинского, доказавшее, что виновными в преступлении были Вера Чеберяк и собиравшиеся у нее воры. Несмотря на то, что некоторые члены киевской судебной палаты считали, что дело должно быть прекращено за отсутствием улик, оно было передано в Киевский окружной суд. Главный инициатор дела Бейлиса — И. Щегловитов — осознавал, что никаких доказательств вины Бейлиса нет, и в беседах с членами судебного ведомства говорил, что возлагает надежду на умелого председателя суда и на счастливый случай: «Во всяком случае, дело получило такую огласку и такое направление, что не поставить его на суд невозможно, иначе скажут, что жиды подкупили меня и все правительство». Председатель Киевского окружного суда Грабарь отказался вести дело Бейлиса и был заменен П. Болдыревым, который, по свидетельству современников, был «более послушен Щегловитова предписаниям». Среди сотрудников киевской прокуратуры не нашлось желающих выступать в суде в роли государственного обвинителя, и И. Щегловитов был вынужден отправить в Киев товарища прокурора Петербургского окружного суда О. Виннера.

Процесс начался в Киеве 25 сентября 1913 г. Большинство представителей русской общественности выступили против нового кровавого навета. В первый же день суда газета правого толка «Киевлянин» (редактор В. Щукин) назвала все улики против Бейлиса сфабрикованными. В то же время черносотенная пресса неистовствовала в своих антиеврейских выпадах. Так, орган «Союза русского народа» газета «Земщина» писала: «Милые, болезные вы наши деточки, бойтесь и сторонитесь вашего исконного врага, мучителя и детоубийцу, проклятого от Бога и людей, — жида! Как только где завидите его демонскую рожу или услышите издаваемый им жидовский запах, так и мечитесь сейчас же в сторону от него, как бы от чумной заразы».

Обвиняемого защищали известные адвокаты: О. Грузенберг, Д. Григорович-Барский, А. Зарудный, Н. Карабчиевский, В. Маклаков. Гражданскими истцами, поддерживавшими обвинение, выступали член фракции правых в 4-й Государственной думе Г. Замысловский и известный адвокат-антисемит А. Шмаков. В ходе процесса проводились медицинская, психиатрическая и богословская экспертизы, которые должны были выяснить, было ли убийство А. Ющинского ритуальным актом; большинство экспертов отвергло эту точку зрения. В богословской экспертизе участвовали гебраист П. Коковцов, профессор Киевской духовной академии А. Глаголев, московский казенный раввин Я. Мазе, профессор Петербургской духовной академии И. Троицкий, доказавшие абсурдность обвинения евреев в употреблении крови для ритуальных целей. Только ксендз из Ташкента И. Пранайтис доказывал, что иудаизм предписывает совершать ритуальные убийства, но не смог сослаться ни на один источник. Адвокаты в своих выступлениях блестяще доказали абсурдность обвинения. О. Грузенберг говорил в своей речи: «Боже, что же происходит, неужели Библейский Бог, который одинаково свят для всех религий — христианской, еврейской, неужели Библейский Бог обратился в какого-то киевского еврея, на которого идут с облавой, которого ловят и гонят... идут с облавой на Библию, на священные книги».

Присяжные заседатели были тщательно подобраны: в их число вошли семь крестьян, два мещанина, три мелких чиновника, среди которых не было ни одного еврея. Такой состав суда давал властям возможность рассчитывать на обвинительный приговор, тем более что на присяжных оказывалось беспрецедентное в истории российского судопроизводства давление. В последний день процесса, 30 октября 1913 г., члены монархической организации «Двуглавый орел» отслужили панихиду по А. Ющинскому в Софийском соборе, который находился напротив здания суда.

Присяжные заседатели оправдали Бейлиса, но признали, что труп был обескровлен, то есть косвенно поддержали версию ритуального убийства. Бейлис вскоре после освобождения выехал с семьей в Эрец-Исраэль, а в 1920 г. переехал в США.

 ЕВРЕИ РОССИИ (СССР) > Власть, общество и евреи (1772 - 1917)
Версия для печати
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту Бейлинсон Моше Бейнарт Хаим следующая статья по алфавиту