главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
архитектура. Электронная еврейская энциклопедия
архитектура

КЕЭ, том 1+Доп.2, кол. 220–228+90–99

АРХИТЕКТУ́РА


Архитектура Эрец-Исраэль древнего и античного периода. Кочевые израильские племена, покорившие большую часть Ханаана в 13–12 вв. до н. э., сначала, вероятно, копировали ханаанский архитектурный стиль или же селились в брошенных ханаанеями жилищах. Однако со временем стали развиваться специфические черты строительного искусства израильтян.

Раскопки в Тель-ал-Фаре (библейская Тирца) в Самарии и в Тель-Бет-Мирсиме в Иудее дают представление о том, каков был типичный город израильтян в эпоху Судей и Царей (см. Судей Израилевых книга; Царей книга). Город был защищен стеной, как правило, двойной, со встроенными квадратными башнями и воротами, которые закрывались тяжелыми створками. К воротам примыкала небольшая площадь, на которой, собственно, и проходила вся общественная жизнь города. Дома стояли тесно, узкие улицы только изредка были мощеными. Жилые дома обычно строились в два этажа, с каменной лестницей снаружи и с внутренним двором, открывавшимся на улицу. Нижняя часть стен возводилась, как правило, из камня, который в Эрец-Исраэль можно было добывать в изобилии. Верхнюю часть дома строили из кирпича-сырца или из дерева. Стены белили известью. Полы были земляные или каменные. Свет проникал в комнаты через двери, выходившие в открытый двор, хотя, очевидно, существовали и окна. Потолки были плоские (сводчатое перекрытие еще не было известно) и состояли из деревянных балок, промежутки между которыми заполнялись хворостом и просушенной землей. Иногда потолок поддерживали ряды каменных колонн. В жаркий сезон на крышах спали, на них также складывали собранный урожай. Обычно верхний этаж служил жильем, а в нижних комнатах хранили имущество, работали и готовили пищу. Животных, вероятно, держали во дворе. Археологические находки эпохи Судей показывают, что постройки не отличались ни крайней степенью роскоши, ни чрезмерной нищетой.

Даже царский дворец Саула в Гив‘е, построенный в конце 11 в. до н. э., был, как показали раскопки, обычной крепостью, окруженной стенами из необлицованного камня, без претензий на комфорт или изящество.

Строительное искусство, несомненно, продвинулось при преемнике Саула, Давиде, перенесшем столицу в Иерусалим, но материальных свидетельств этого прогресса сохранилось очень мало. Только при сыне Давида, царе Соломоне (10 в. до н. э.), появились первые монументальные общественные здания. Книга Царей приписывает Соломону постройку многих зданий, важнейшими из которых были Храм и дворец самого Соломона — «дом из дерева ливанского». Библия повествует, что для сооружения этих двух зданий Хирам, царь Тира, прислал Соломону своих строителей, так как израильтяне, по-видимому, не имели достаточного опыта в возведении больших построек.

После распада царства Соломона (928 г. до н. э.) крупные общественные сооружения строились в основном в Израильском царстве, более богатом и расположенном ближе к культурным центрам Финикии и Ассирии. При раскопках царских дворцов в Самарии и Мегиддо, построенных в 10–9 вв. до н. э., обнаружена великолепная тесаная облицовка, вероятно, также работы финикийских каменщиков, многочисленные рельефы из слоновой кости и пилястры в протоионическом стиле. Оба дворца находились на огражденных стенами плато, на вершине холма, возвышавшегося над городом, — нововведение, свидетельствующее о возрастающем неравенстве между правителями и управляемыми. К такому же выводу приводит изучение жилищ, найденных в Тель-ал-Фаре (8 в. до н. э.), где группа просторных домов отделена длинной прямой стеной от бедной части города с маленькими тесно стоящими домами.

После 800 г. до н. э., по мере ослабления Израильского царства, намечается упадок строительного мастерства. Израильтяне, по-видимому, больше не пользовались услугами финикийских ремесленников и вернулись к старым, грубым строительным методам. После падения Израиля и Иудеи уровень архитектурного искусства еще более понизился. В Лахише обнаружено скопление плохо построенных, непрочных домов, относящихся к периоду после разрушения Первого храма.

О планировке Второго храма, отстроенного после возвращения из пленения вавилонского, известно мало. Судя по описанию в книге Эзры, он был построен по образцу Соломонова храма (закончен в 516 г. до н. э.; Эз. 1:3–6). Одно из немногих больших сооружений этого периода, открытых археологами, — административное здание в Лахише — построено под влиянием персидской архитектуры. Здесь впервые в истории палестинской архитектуры встречается свод.

После завоевания Восточного Средиземноморья Александром Македонским архитектура в Эрец-Исраэль быстро эллинизировалась. Как показывают раскопки около Мареши, к юго-западу от Иерусалима, греческие поселенцы, появившиеся здесь к концу 4 в. до н. э., строили свои города по правилам классической греческой планировки. О греческом влиянии на еврейскую архитектуру свидетельствуют, например, развалины дворца Тобиадов (2 в. до н. э.) в Ирак-ал-Амире (Заиорданье), сохранившие характерные черты александрийского строительного и декоративного стиля. Хасмонейский мавзолей конца 2 в. до н. э. в Моди‘ине, судя по описаниям Иосифа Флавия и книг Маккавеев, представлял собой высокую прямоугольную постройку из тесаного камня с семью башнями, окруженными пилястрами и барельефами и увенчанными пирамидальными или коническими верхушками. Подобный мавзолей (1 в. до н. э.) найден также в Суэйде (Заиорданье). До наших дней сохранились почти нетронутыми два образца эллинистической еврейской архитектуры — гробница Зхарии и Авессаломов памятник (Яд Авшалом; известен также под названиями столп Авессалома и гробница Авессалома) в долине Кидрон в Иерусалиме. Ионические капители и колонны гробницы Зхарии, высеченные из скалы, поддерживают карниз и пирамидальную крышу. Авессаломов памятник представляет собой кубический монолит с цилиндрической надстройкой из тесаного камня, переходящей в вогнуто-конический купол. По сторонам монолита — ионические полуколонны и дорический триглиф. Остатки эллинистических фризов и тимпанов сохранились в Иерусалиме над входом в пещеру Иехошафата, в гробницы Синедриона и в так называемые «гробницы царей».

Периодом наивысшего расцвета эллинистической еврейской архитектуры в древней Эрец-Исраэль было правление Ирода Великого (37–4 до н. э.). Главной целью его грандиозной программы строительных работ было превращение Иерусалима в столицу, не уступающую в архитектурном отношении другим центрам Римской империи. Градостроительные начинания Ирода в Иерусалиме включали перестройку и расширение Иерусалимского храма и связанную с этим перестройку всей Храмовой горы, создание амфитеатра, стадиона, гимнастического зала, а также ксиста — большой площади типа греческой агоры. В архитектуре личных резиденций Ирода (башня Пцаэля, башня Гиппика, крепость Антония), отличавшихся монументальностью и богатством внутреннего убранства, сочетались элементы восточного и эллинистического строительного искусства. После покорения Иерусалима римлянами в 70 н. э. город был почти полностью разрушен, и от сооружений эпохи Ирода остались только руины. Среди немногих сохранившихся памятников — часть Западной стены и другие остатки Храма (например, ворота Хулды), так называемая арка Вильсона и арка Робинсона и часть башни Пцаэля (Фасаила) в цитадели. В Хевроне сохранились части внешней стены гробницы патриархов, а в Масаде и в Геродионе — остатки укрепленных дворцов Ирода.

После потери независимости еврейское общественное строительство в Эрец-Исраэль почти совершенно прекратилось. Строились в основном только синагоги, значение которых возросло после разрушения Храма. В искусстве этого периода в целом по-прежнему преобладала эллинистическая основа, и архитектура синагог заимствовала многие черты греко-римских базилик (повлияв, в свою очередь, на облик раннехристианских церквей). При этом, однако, неукоснительно соблюдались требования Галахи — ориентация здания в сторону Иерусалима, наличие отдельного помещения для женщин, особая форма окон и т. д.

Архитектура в диаспоре. Синагоги были наиболее значительными архитектурными сооружениями и в диаспоре в период средневековья. Их строили обычно в том стиле, который был характерен для данного времени и региона. В Европе это был романский стиль и — позднее — готический. Общины раннего средневековья были малочисленны, и синагоги строились небольшие, обычно скромные снаружи, чтобы не раздражать население и власти. Средневековых синагог до нашего времени сохранилось мало; из них старейшей в Европе была синагога в Вормсе (12 в., разрушена в «Хрустальную ночь» и реконструирована в 1961 г.). Она стала прототипом для двухнефных европейских синагог, таких как синагога «Алтнойшул» в Праге (13–14 вв). В Богемии, Галиции, Германии были распространены готические синагоги.

На Востоке (Турция, Марокко), а также в Испании в мусульманский период синагоги строились под сильным влиянием арабской архитектуры, с характерными для мечетей колоннадами и арками. Такова, например, знаменитая синагога в Толедо (1200 г., превращена в церковь Санта-Мария ла Бланка).

Жилые дома евреев внешне не отличались от жилищ коренного населения даже там, где еврейская община существовала в условиях относительной изоляции в течение продолжительных периодов, как, например, в гетто средневековой Европы или в польских и русских деревнях и местечках в 16–19 вв. Некоторые дома, принадлежавшие средневековым еврейским магнатам, сохранились до наших дней. Предполагают, что в Англии именно евреи первыми стали строить каменные жилые дома (руководствуясь, вероятно, соображениями безопасности). Однако до эпохи эмансипации евреи играли незначительную роль в развитии архитектуры.

Вклад евреев в мировую архитектуру. Первыми приобрели некоторую известность еврейские архитекторы из Англии: Дж. Басеви (1794–1845, принял христианство) и Д. Мокатта (1806–82). Железнодорожные вокзалы, спроектированные последним в 1830–40-х гг., долгое время служили образцом для других строителей. Во второй половине 19 в. по проектам немецкого еврея Г. Итцига (1811–81) были построены великолепный палаццо Револьтелла в Триесте (1859) и Германский рейхсбанк в Берлине (1879) — оба в стиле итальянского Возрождения. И. Э. Якобшталь (1839–1902) также занимался сооружением банковских зданий в Германии в конце 19 в. В США значительных успехов добился Л. Эйдлиц (1823–1908), создатель неоготического кафедрального собора в Сент-Луисе и известной нью-йоркской синагоги «Иммануэль» (1868). Во Франции в конце 19 в. большой известностью пользовался А.-Ф. Альдроф (1834–95).

В 20 в. архитекторы-евреи оказали большое влияние на развитие зодчества как личным творчеством, так и участием в различных течениях, бросавших вызов сложившимся канонам архитектуры и градостроительства.

Пионером современной архитектуры в Германии был А. Мессель (1853–1909), который при постройке здания универсального магазина «Вертхейм» в Берлине (1904) использовал сочетания камня, стали и стекла. Несмотря на неоготический романтизм этого сооружения, оно оказало значительное влияние на современную архитектуру. Одним из самых ярких экспрессионистов в архитектуре был молодой Э. Мендельсон. Шедевром экспрессионистского направления признана спроектированная им башня А. Эйнштейна в Астрофизическом институте в Потсдаме (1919–20), в которой он сделал попытку «выразить в бетоне идею теории относительности».

Виднейшим деятелем театральной архитектуры в Австрии был О. Стрнад (1879–1935), чьим последователем в Германии стал О. Кауфман (1873–1956, Городской театр в Бремерхафене, 1910–11; Театр комедии в Берлине, 1913–14). Хорошо известен в Австрии был также И. Франк (1885–1967). Среди жилых комплексов для рабочих особую известность приобрел Карл-Маркс-Хоф в Вене, построенный в 1930 И. Франком и О. Влахом.

Особенно плодотворной была деятельность еврейских архитекторов в США и Бразилии. Профессор архитектурного факультета университета Филадельфии (США) Л. И. Кан пересмотрел каноны архитектуры модернизма. Вместо главного постулата модернизма — «функция определяет форму» — Кан предложил новую иерархию «обслуживающих» и «обслуживаемых» форм. Он оказал решающее влияние на архитектуру постмодернизма 1970–80-х гг. Наиболее известные из спроектированных Л. Каном зданий: медицинская лаборатория Университета штата Пенсильвания (1957–64), Национальная ассамблея Бангладеш в Дакке (1962–74) и другие. Израильский архитектор М. Сафди — один из учеников Л. Кана.

А. Кан (1869–1942), выдающийся архитектор 20 в., наиболее известен проектами индустриальной архитектуры. По его проектам были построены большинство заводов Форда, Крайслера и других автомобильных гигантов США, он также проектировал авиазаводы, больницы, банки, коммерческие и общественные здания. В 1930-х гг. по заказу правительства Советского Союза Кан осуществил большинство советских индустриальных проектов — за два с половиной года им было построено более 500 заводов. Эстетические принципы Кана во многом определили развитие мировой индустриальной архитектуры 20 в.

И. Фридман (родился в 1923 г.) — автор новаторских проектов городов будущего, базирующихся на принципе пространственной мегаструктуры, парящей над существующей городской тканью. Его проекты реконструкции Нью-Йорка и Парижа (1961) оказали значительное влияние на архитектуру 1960-х гг.

Американский архитектор Р. Майер (родился в 1934 г.) предложил новую интерпретацию концепции архитектуры Ле Корбюзье. Архитектура Майера основана на принципе кинетического искусства и рассматривает движение зрителя как составную часть процесса восприятия архитектурного сооружения. Гармония прозрачных объемов достигается с помощью современных строительных материалов. Его наиболее известные работы — Даглас Хаус (США, 1971–73), Музей декоративного искусства (Франкфурт-на-Майне, Германия).

П. Айзенман (родился в 1932 г.), американский архитектор, теоретик и пионер деконструктивизма в архитектуре, считал, что после Катастрофы европейского еврейства нельзя следовать принятым со времен Древней Греции законам архитектурной гармонии. В своем творчестве (в частности, серия зданий Хаус-1 – Хаус-10, построенных в нескольких городах США) архитектор стремился выразить мировой хаос конца 20 в. Талантливый ученик П. Айзенмана, Д. Либескинд (родился в 1946 г.), в 1989 г. стал победителем в конкурсе на проект здания Еврейского музея в Берлине (1998).

Активно работали в Америке и другие архитекторы — Д. Адлер (1892–1949), сыгравший важную роль в строительстве небоскребов, А. В. Бруннер (1857–1925), Г. Буншафт (1909–90), Б. Гольдберг (1913–97), П. Гудман (1904–1989), Э. Ж. Кан (1884–1972), М. Лапидус (1902–2001), Р. Нейтра (1892–1970), Р. М. Шиндлер (1887–1953) и Р. Ж. Виттковер (1901–71), М. Абрамовиц (1908–2004), И. Розенфилд и многие другие.

В развитие архитектуры Бразилии существенный вклад внес Р. Леви (1901–65). Г. Варшавчик (1896–1972) построил в Сан-Паулу первый дом в стиле модернизма. Многочисленные здания Э. Миндлина (1911–71) в значительной степени содействовали изменению облика Рио-де-Жанейро. В проектировании новой столицы Бразилии участвовал Э. Кауфман, создавший самые значительные современные синагоги в стране. Хорошо известен и Р. Бурле-Маркс (1909–94).

В Канаде известны С. Н. Бланкстайн (1908–89), С. Брегман (родился в 1922 г.), Г. Гринспун (родился в 1919 г.), Ф. Лебенсольд (1917–85) и М. Сафди.

В Южной Африке работали знаменитые архитекторы М. Брайер, Р. Канторович (1916–96), Х. Ле Роит (1905–?), Н. Хансон (1909–?) и М. Хермер (родился в 1915 г.).

Среди наиболее видных французских архитекторов следует отметить А. Персица (1910–75), редактора журнала «Аршитектюр д’ожурдюи», по проектам которого после Второй мировой войны восстановлен Гавр; Э. Понтремоли (1865–1956), преподававшего в парижской Школе изящных искусств; Ж. Гольдберга, Ж. Гумпеля и К. Мейера-Леви (1908–2008). В Италии получили широкую известность архитекторы-евреи Э. Н Роджерс (1909–69), Манфредо д’Урбино и Бруно Цеви (1918–2000), генеральный секретарь Итальянского института городской планировки. Создателем Дворца Лиги Наций в Женеве был Ж. Флегенхаймер (1880–1938), брат писателя Э. Флега. В Амстердаме М. де Клерк (1884–1923) создал проект одного из наиболее интересных жилых комплексов для рабочих. Другими известными нидерландскими архитекторами были Я. Баарс (1886–1956) и Г. Эльте (1880–1945). Из датских архитекторов широко известен А. Э. Якобсен (1902–71). Большую известность заслужили также И. Ваго (1877–1947) в Венгрии и Б. Фойерштейн (1892–1936) в Чехословакии.

В России, в особенности после революции 1917 г., появился ряд выдающихся архитекторов-евреев, среди них — значительное число теоретиков и практиков российского конструктивизма. В 1920 г. братья А. Певзнер и Н. Габо опубликовали «Реалистический манифест», в котором впервые были сформулированы принципы конструктивистского направления в искусстве. Н. Габо в 1920 г. создал первый архитектурный проект в духе конструктивизма — радиобашню в Серпухове. А. Ган (1895–42) был автором монографии «Конструктивизм» (Тверь, 1922), ставшей теоретической основой движения. Одним из основоположников «конструктивизма» в архитектуре был М. Я. Гинзбург (1892–1946), профессор московского Вхутемаса и редактор журнала «Современная архитектура». В книге «Стиль и эпоха» (М., 1924) Гинзбург развил конструктивистские идеи применительно к архитектуре. Построенный по его проектам жилой дом работников Наркомфина в Москве (1928–30, совместно с И. Милинисом), так называемый дом-коммуна, или «социальный конденсатор», рассматривался как прототип жилища для нового общества. Теоретическая концепция дезурбанизма, выдвинутая М. Гинзбургом, призывала к разрушению существующих городских центров и созданию новых форм поселения, следующих структуре скоростных магистралей. Выдающимся представителем конструктивизма в различных областях художественного творчества, в том числе в архитектуре, был Эль Лисицкий, его проект восьми «горизонтальных» Т-образных небоскребов в Москве (1925) послужил образцом для новых поисков архитекторов.

К числу крупных представителей конструктивизма относился также Г. Бархин (1880–1969), автор здания «Известий» на Пушкинской площади в Москве (1925–27 гг., совместно с М. Бархиным), родоначальник архитектурной династии Бархиных. Спланированный Н. А. Троцким (1895–1940) в 1920-х гг. Белобычковский стекольный завод представляет собой смелую и мастерскую интеграцию различных элементов в зодчестве. В 1930–40-е гг. по проектам Троцкого было построено значительное число зданий в Ленинграде — Дом Советов, административное здание на Литейном проспекте (так называемый Большой дом), Дворец культуры имени С. М. Кирова на Большом проспекте и другие. По его проектам также осуществлялась реконструкция и застройка Московского проспекта.

Проект (так и оставшийся неосуществленным) Дворца Советов в Москве, представленный Б. М. Иофаном (1891–1976) в середине 1930-х гг., долгое время рассматривался в СССР как одна из вершин советской архитектурной мысли и оказал значительное влияние на формирование помпезного и претенциозного зодчества официальных и общественных зданий 1930–1950-х гг. К числу известных работ Б. М. Иофана относятся также павильоны СССР на международных выставках в Париже (1937) и Нью-Йорке (1939). Из других знаменитых советских архитекторов-евреев следует отметить Н. Остермана (1916–69), И. Ю. Каракиса (1902–88), А. М. Милецкого (1918–2004), А. Я. Лангмана, А. М. Карповского (1930–2008). Реконструкцией и застройкой городов России, Украины, Белоруссии занимаются Б. Левянт, И. Уткин, С. Чобан, М. А. Рейнберг, С. Г. Эстрин, Л. Левин (родился в 1936 г.), Г. Минц и др.

Архитектура Эрец-Исраэль и Израиля. Архитектура Эрец-Исраэль формировалась под влиянием течений, господствовавших в странах, из которых прибывали архитекторы. Шел непрерывный диалог между преобладающим влиянием Запада и попытками создать архитектуру, созвучную образу жизни, историческому наследию, климату и топографии страны. В различные периоды борьба этих тенденций по-разному отразилась в творчестве израильских архитекторов. В постоянном поиске стиля можно выделить ряд характерных течений.

Архитектура первых колоний 2-й половины 19 в. – начала 20 в. Когда возникали первые сельскохозяйственные колонии — Ришон-ле-Цион, Зихрон-Я‘аков (1882), первые еврейские кварталы за пределами старых городов — Неве-Цедек в Яффе (1887), Йемин-Моше в Иерусалиме (1891), — так называемая «архитектура без архитекторов» использовала традиционные местные компоненты (стены зданий, определяющие пространство и характер улицы, дома с внутренним двориком), а также местные строительные материалы и технику. В архитектурной основе арабских кварталов Яффы и Иерусалима ощутимо европейское влияние. Так, влияние немецких колонистов-темплеров (немецкие колонии в Иерусалиме, Хайфе и других местах) сказывается в прямоугольной планировке улиц, применении черепичных крыш, балконов с металлическими перилами и т. п.

Движение ориентализма возникает с созданием в 1906 г. скульптором Б. Шацем Школы искусств и ремесел Бецалель, эстетика и идеология которой базировались на стремлении создать национальный «еврейский» стиль, отражающий возвращение на историческую родину. Первым общественным зданием нового стиля стала построенная в 1909 г. гимназия «Герцлия» в Тель-Авиве (архитектор А. Барский; здание не сохранилось), наиболее значительным строением — хайфский Технион (1912–18, архитектор А. Бервальд), здание которого — характерный пример синтеза мусульманских влияний (как местных, так и среднеазиатских) с европейской архитектурной традицией. Один из прекрасных образцов стиля — дом поэта Х. Н. Бялика в Тель-Авиве, созданный в 1924 г. архитектором И. Минором, учеником Бервальда. Композиция дома сочетает восточные формы (купол, арки, деревянный навес) с рациональной европейской внутренней планировкой. Ориентализм оказался одной из немногих удачных попыток создания стиля, характерного для Эрец-Исраэль.

Эклектическая архитектура 1920-х гг. Стиль ориенталистов сменился разнообразием интерпретаций европейской неоклассики конца 19 в. с примесью национальных стилевых (итальянских, мавританских и других) влияний. Здания быстро растущего Тель-Авива выполняли архитекторы, получившие классическое образование в университетах Восточной Европы. И. Мегидович (1886–1961; окончил Одесскую академию искусств) — один из значительных архитекторов этого периода. Здание Бет-Левин на улице Ротшильда, оформленное в стиле итальянской виллы, окруженной садом, вписалось в средиземноморский пейзаж Тель-Авива. С ростом города и потребностью в крупных зданиях Мегидович начал работать в стиле более рациональной эклектики (отель «Бен-Нахум», улица Алленби, 1921).

Проект «Дома-близнецы» на улице Мазе архитектора И. Берлина (1877–1952, получил образование в Санкт-Петербурге) — пример европейского неоклассического городского особняка, практически не связанного с местными архитектурными традициями.

Романтические особняки города-сада, которые называли «домами грез», были наивной попыткой перенести знакомый европейским евреям архитектурный язык на палестинскую почву. Отрицательное отношение к эклектике, сложившееся в 1930-х гг., сменилось много позже ностальгией — эти дома считаются теперь частью характерной исторической ткани города.

Интернациональный стиль 1930-х гг. В 1930-е гг. архитектура еврейского ишува приобретает стилевую однородность. Местный вариант модернистского движения в Европе 1920–1930-х гг. становится общепринятым, единым стилем; архитекторы полностью отказываются от ориентализма и эклектики.

Социальные и демократические идеи европейского конструктивизма, так называемой интернациональной архитектуры, уход от классики, отождествляемой с оставленной диаспорой, а также удешевление процесса строительства посредством отказа от декоративных элементов привело к быстрой «абсорбции» нового стиля. Сионистское движение стремилось создать в Эрец-Исраэль новое общество равноправных людей, и интернациональная архитектура как нельзя лучше подходила для этой цели. 1930-е гг. — годы большой алии и интенсивного строительства. Именно в этот период Тель-Авив становится метрополией Эрец-Исраэль и одним из немногих в мире городов, построенных в интернациональном стиле. В это время разворачивается творчество Р. Кауфмана, начатое в 1921 г. разработкой планировки мошава Нахалал. По его проектам застраивается поселок Кирьят-Хаим под Хайфой (с 1933 г.), киббуц Тель-Иосеф (1937) и другие объекты. В Иерусалиме И. Ратнер спроектировал монументальное здание Еврейского агентства (1927). В Хайфе Л. Кракауэр создал эффектный проект отеля «Мегиддо» (1935). Архитекторы Д. Карми, И. Дойфельд и другие обогатили ландшафт страны. Молодые архитекторы — А. Шарон, З. Рехтер (см. Рехтер, семья), Женя Авербух (1909–1977) и другие — были посланы на учебу в Европу и по возвращении стали ведущими представителями израильского модернизма. Воплощение нового стиля представляет собой Бет-Энгель, улица Ротшильда, Тель-Авив (1933, архитектор З. Рехтер). Здание поднято на колонны, фасад решен в свободной композиции с характерными продольными полосами окон, а крыша дома использована как жилое пространство. Расположение вокруг площади Дизенгоф зданий с овальными линиями тенистых лоджий, подчеркивающих пластические качества бетона, создает эффектное городское пространство (1935, архитектор Ж. Авербух). Здание Бет-Кац (1935, архитектор С. Баркаи; работал в мастерской Ле Корбюзье) отличается прекрасными пропорциями фасада; характерна для интернациональной архитектуры деталь «фабричного» окна; перила и двери в форме иллюминаторов заимствованы из дизайна кораблей. Рабочие общежития в Тель-Авиве (1935, архитектор А. Шарон) составлены из квартирных блоков минимальной площади, построенных вокруг общих внутренних дворов. Эти проекты выражают концепцию академии «Баухауз» — восприятие здания и жилого квартала как выразителей социального равенства.

Пейзаж и климат страны повлияли на Э. Мендельсона. Его проекты периода работы в Германии с большими стеклянными объемами и драматизмом экспрессивных форм уступили место скромным, строго функциональным постройкам. Он мастерски использует яркий свет ближневосточного солнца; по его проектам выполнены здания больницы «Хадасса» на горе Скопус и Института Шокена в Иерусалиме, дом Х. Вейцмана в Реховоте (все — 1936 г.).

После Второй мировой войны определенное влияние в Израиле приобрел структурализм. Здание Израильского музея в Иерусалиме (1959–65; архитекторы А. Мансфельд и Дора Гад, 1912–2003), получившее всемирную известность, решено в виде структурного комплекса, расположенного на одном из холмов. Элементы структуры несут в себе противостояние легкости современной конструкции и тяжести каменных кубических объемов. Еще один пример израильского структурализма — жилой квартал Шатиах в Беер-Шеве (архитектор Д. Хавкин, родился в 1925 г.) — сочетание самостоятельных жилых единиц кубической геометрии, создающих горизонтальную ткань ковровой (шатиах — на иврите ковер) застройки. Облик квартала сродни городам Востока с их архитектурой глухих стен, крытыми улицами и уютными внутренними двориками.

Брутализм 1960–1970-х гг. — тектонический экспрессионизм оголенного железобетона. Стиль зародился в Западной Европе в 1950-е гг. под влиянием оборонительных укреплений Второй мировой войны. Наиболее известным архитектором этого направления был Ле Корбюзье. В Израиле функциональный рационализм 1930-х гг., а также ощущение «общества в осаде» были плодородной почвой для развития местного стилевого варианта.

Здания училища «Амал» в Тель-Авиве (архитектор Р. Карми, см. Д. Карми) с их экспрессивными формами как бы защищают учащихся от «враждебного» внешнего мира. Нарочито грубые бетонные здания Университета имени Д. Бен-Гуриона в Негеве (1969, архитектор А. Ясский, родился в 1927 г.) с их солнцезащитными элементами, крытыми переходами, прохладными озелененными внутренними дворами органично вписаны в окружающую пустыню. Здание Музея искусства в Тель-Авиве (1971, архитекторы И. Яшар, А. Эйтан) спроектировано в виде четырех выставочных залов, расположенных вокруг центрального вестибюля, выполненного в оголенном бетоне. В стиле брутализма работали израильские архитекторы, создавшие немало образцов общественной архитектуры.

Идеи и реализованные проекты в стиле морфологии профессора Хайфского Техниона А. Неймана и его учеников привлекли всемирное внимание. Бет-Дубинер в Рамат-Гане (1965, архитекторы А. Нейман, Ц. Хеккер /родился в 1931 г./ и Э. Шарон) — ступенчатый жилой дом, основанный на десяти шестигранниках; три нижних этажа семиэтажного здания расположены на склоне холма, образуя внутреннюю ступенчатую пирамиду, тогда как призматические поверхности верхних этажей «нависают» над ними. Мэрия Бат-Яма (1963, архитекторы те же) имеет форму перевернутой ступенчатой пирамиды, построенной из пространственных многогранных оболочек. В том же стиле выполнено здание факультета инженерной механики Хайфского Техниона (1964, архитекторы А. Нейман, Ц. Хеккер). Проекты группы Неймана предлагают новые пластические решения, совершенно отличающиеся от превалирования плоских поверхностей, характерных для модернизма.

Регионализм 1970–1980-х гг. Отход от шаблонов модернизма возвращает израильских градостроителей к архитектурному наследию региона. Ведущие теоретики Запада (Л. и Р. Криеры, К. Александер и другие), отстаивающие необходимость сохранения исторического облика города, оказали влияние на архитекторов Израиля. Реконструкция разрушенных исторических объектов Старой Яффы, кварталов Неве-Цедек в Тель-Авиве и Йемин-Моше в Иерусалиме возродила живописность городской структуры.

Проект реконструкции квартала Ха-Тиква в Тель-Авиве (архитектор А. Рахамимов, родился в 1943 г.) направлен на интеграцию его жителей и знаменует отказ от практики 1950-х гг. расселять районы бедноты и разрушать сложившиеся жилые и социальные структуры.

Наиболее значительные образцы архитектурного контекстуализма 1980-х – 1990-х гг. сосредоточены в Иерусалиме. Реконструкция еврейского квартала Старого города Иерусалима представила возможность архитектурного вмешательства в историческую структуру города. В результате новая застройка, подчиненная своими формами общему образу Старого города, гармонично вписалась в старину. Группы новых и реставрированных жилищ (архитекторы С. Мендель, родился в 1949 г., Э. Пекер) спроектированы вокруг традиционных внутренних двориков. Проект восстановления древней римской улицы Кардо совмещает археологическую реставрацию с созданием пешеходной торговой улицы, перекрытой на верхних уровнях жилищной структурой. Архитекторы П. Богот и Э. Нив-Крендель создали архитектуру совмещения культурных и исторических слоев.

Контекстуализм 1980–1990-х гг. Делаются новые попытки сблизить структурно-функциональный подход 1960–1970-х гг. с традиционными пластическими мотивами. Происходит обогащение архитектурного словаря, вновь осмысляется культурное содержание местной архитектуры. Были заново открыты строения архитекторов времен британского мандата, пытавшихся создать региональный стиль с использованием английской архитектурной традиции (архитекторы К. Холидэй, О. Харрисон и другие; здания, построенные англичанами в Иерусалиме, — Музей Рокфеллера, Дворец верховного комиссара, а также мэрия Хайфы, — не только уникальны по архитектурному решению, но и являются символическими городскими доминантами). В проекте Хибру юнион колледжа в Иерусалиме (1988; архитектор М. Сафди) удалось создать атмосферу традиционных иерусалимских внутренних дворов. Использован контраст современных строительных материалов — оголенного железобетона, стекла, алюминиевых панелей — со стенами из нетесаного иерусалимского камня, а также введены региональные мотивы водоема, аркады, перголы. Здание успешно вписано в структуру города. Для здания Верховного суда в Иерусалиме (1992) характерна монументальность. Архитекторы Р. и А. Карми используют местные архитектурные образы: внутренний двор судейских канцелярий спланирован под влиянием здания Музея Рокфеллера (1929–37, архитектор А. Харрисон); эффектная пирамида библиотеки напоминает гробницу Авшалома в долине Кидрон; динамичный элемент стены из больших каменных глыб проходит вдоль здания с запада на восток, художественно выразительно решены проблемы освещения.

В комплексе Мормонского университета на склоне горы Скопус (1989) архитектор Д. Резник (родился в 1924 г.) предложил новую «иерусалимскую» монументальность, вытекающую не из масштаба или деталей здания, а из его духовного единения с самим городом. Жилая часть здания напоминает террасы библейских времен на склонах холмов с оливковыми деревьями, перголами, водоемами. Объемы общественной части, соединенные пространством большой перголы, венчают ступенчатый ландшафт террас. Мормонский университет как бы включает в себя панораму Старого города, дух которого присутствует в объемах современного здания.

Наиболее значительные образцы архитектурного контекстуализма сосредоточены в Иерусалиме; архитекторы пытаются совместить в архитектуре столицы свою индивидуальность с атмосферой и традицией вечного города. Контекстуализм — попытка претворить влияние Запада и Востока в новое современное архитектурное качество.

 ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО > Пластические искусства и архитектура
Версия для печати
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту архив Асад Мухаммад следующая статья по алфавиту