главная  |  галерея  |  викторина  |  отзывы  |  обсуждения  |  о проекте
АБВГДЕЖЗИЙКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ?
Поиск статьи по названию...
БИБЛИЯ
ТАЛМУД. РАВВИНИСТИЧЕСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ИУДАИЗМ
ТЕЧЕНИЯ И СЕКТЫ ИУДАИЗМА
ЕВРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. ИУДАИСТИКА
ИСТОРИЯ ЕВРЕЙСКОГО НАРОДА
ЕВРЕИ РОССИИ (СССР)
ДИАСПОРА
ЗЕМЛЯ ИЗРАИЛЯ
СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ
ИВРИТ И ДРУГИЕ ЕВРЕЙСКИЕ ЯЗЫКИ
ЕВРЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА И ПУБЛИЦИСТИКА
ФОЛЬКЛОР. ЕВРЕЙСКОЕ ИСКУССТВО
ЕВРЕИ В МИРОВОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
СПРАВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
Rambler's Top100
Жаботинский Владимир. Электронная еврейская энциклопедия
Жаботинский Владимир

КЕЭ, том 2, кол. 483–489
В. Жаботинский.

ЖАБОТИ́НСКИЙ Владимир Евгеньевич (Jabotinsky, Vladimir [Ze'ev]; Зеев; 1880, Одесса, – 1940, Нью-Йорк), писатель и публицист, один из лидеров сионистского движения, идеолог и основатель ревизионистского течения в сионизме (см. Сионисты-ревизионисты).

Жаботинский получил русское образование и, будучи далек от еврейских национальных проблем, на первых порах выступал как русский писатель. Благодаря незаурядному литературному дарованию (перевод «Ворона» Э. По, сделанный им в 17 лет, был в свое время признан лучшим русским переводом этого стихотворения) и лингвистическим способностям (впоследствии Жаботинский свободно владел семью языками), уже в возрасте 18 лет Жаботинский становится иностранным корреспондентом — сначала в Берне, а затем в Риме — газет «Одесский листок» и «Одесские новости». Пребывание за границей (1898–1901) помогло Жаботинскому глубже познакомиться с европейской культурой и актуальными социальными проблемами тогдашней Европы. Вернувшись в 1901 г. в Одессу, Жаботинский становится членом редакции и ведущим фельетонистом газеты «Одесские новости» (печатался под псевдонимом «Альталена» — на итальянском языке `качели`). Написанные Жаботинским в этот период драмы «Кровь» и «Ладно» были поставлены Одесским городским театром, а поэма «Бедная Шарлотта» (об убийце Марата Шарлотте Корде) получила высокую оценку критиков.

Еврейские погромы, прокатившиеся по России в 1903–1905 гг., пробудили в Жаботинском еврейское национальное самосознание и привели его к сионизму: Жаботинский вступает в еврейскую самооборону и вместе с М. Дизенгофом собирает средства для покупки оружия. Изучив иврит, Жаботинский в 1904 г. перевел на русский язык «Сказание о погроме» Х. Н. Бялика; этот перевод оказал огромное влияние на русскоязычные круги российского еврейства. (Позднее Жаботинский перевел на русский язык большинство стихотворений Бялика; эти переводы вышли в свет впервые отдельным изданием, СПб., 1911.) В написанной в этот период пьесе «Чужбина» Жаботинский показывает чуждость еврейских революционеров русским массам и призывает еврейскую молодежь оставить русское революционное движение и отдать силы и энергию нуждающемуся в них еврейскому народу. Приняв идеологию сионизма, Жаботинский целиком посвящает себя сионистскому движению: он много ездит по России, знакомясь с жизнью еврейских масс, выпускает в свет множество брошюр и статей о теории и практике сионизма, в которых, в частности, резко выступает против поборников ассимиляции. В августе 1903 г. Жаботинский участвовал в 6-м Сионистском конгрессе в Базеле, где в первый и последний раз слушал Т. Герцля. Преклоняясь перед личностью и идеями Герцля, Жаботинский, тем не менее, голосовал против выдвинутого им плана заселения евреями Уганды (см. Уганды план).

В 1903 г. Жаботинский переезжает в Петербург, где становится членом редакции сионистского журнала «Еврейская жизнь», а позднее — журнала «Рассвет». Жаботинский активно участвовал в создании Союза для достижения полноправия еврейского народа в России (1905) и выработке Гельсингфорсской программы (1906), постулировавшей борьбу за равноправие и национальное возрождение российского еврейства. В 1908 г., после революции младотурок, Жаботинский по предложению исполнительного комитета Всемирной сионистской организации возглавил издание сионистского печатного органа в Турции. В 1911 г. Жаботинский, придававший большое значение еврейскому воспитанию, основал в Одессе издательство «Тургеман» («Переводчик»), в задачу которого входило издание лучших произведений мировой литературы в переводе на иврит. В 1910–13 гг. Жаботинский возглавил борьбу за гебраизацию еврейских школ, требуя введения иврита в качестве языка преподавания. План Жаботинского не был поддержан Союзом сионистов России, но был принят организацией Тарбут и с успехом проводился ею в жизнь в период между двумя мировыми войнами в странах Восточной Европы (страны Прибалтики, Польша, частично — Румыния). В 1911–13 гг., во время процесса Бейлиса (см. М. М. Бейлис), когда на страницах прессы появились апологетические выступления евреев, доказывавших, что кровавый навет является безосновательной клеветой, Жаботинский в фельетоне «Вместо апологии» с гордостью писал: «Ритуального убийства у нас нет и никогда не было... с какой же радости лезть на скамью подсудимых нам, которые давным-давно слышали всю эту клевету, когда нынешних культурных народов еще не было на свете... Никому мы не обязаны отчетом, ни перед кем не держим экзамена, и никто не дорос звать нас к ответу». В 1913 г. Жаботинский принял участие в 11-м Сионистском конгрессе (Вена), где поддержал идею создания Еврейского университета в Иерусалиме. Однако план Жаботинского превратить университет в учебное заведение с широкой образовательной программой, готовящее кадры интеллигенции для будущего еврейского государства, был отвергнут в пользу придания университету характера исследовательского института. В начале Первой мировой войны Жаботинский выехал в Западную Европу как корреспондент московской газеты «Русские ведомости». После вступления Турции в войну на стороне Германии (октябрь 1914 г.) Жаботинский начинает кампанию за создание еврейской национальной воинской части в составе сил союзников. Жаботинский считал, что участие еврейского народа в войне даст ему право голоса в послевоенном устройстве мира, а кровь еврейских солдат, пролитая за освобождение Эрец-Исраэль, закрепит право еврейского народа на его историческую родину. Идея Жаботинского о создании Еврейского легиона, который в составе британских сил будет сражаться в Палестине, совпадала с взглядами И. Трумпельдора. После длительных переговоров с английскими военными властями было создано вспомогательное транспортное подразделение («Отряд погонщиков мулов»), что, однако, не удовлетворило Жаботинского. Он выехал в Европу, добиваясь согласия союзников на формирование Еврейского легиона. Вопреки противодействию и даже бойкоту со стороны исполнительного комитета Всемирной сионистской организации, считавшего проект Жаботинского опасным для движения и предпочитавшего соблюдать нейтралитет, Жаботинскому постепенно удалось сломить недоверие правительственных кругов Англии и увлечь многих молодых сионистов своей идеей. Большую помощь Жаботинскому в его борьбе оказали П. Рутенберг и М. Гроссман, некоторую поддержку оказывал также Х. Вейцман. В 1917 г. правительство Англии дало согласие на формирование еврейской боевой части в рамках британских вооруженных сил. Жаботинский вступает рядовым в Еврейский легион, проходит курс сержантов, а позднее производится в офицеры. Однако война закончилась до того, как еврейские батальоны, за исключением первого, в котором служил Жаботинский, успели принять участие в боевых действиях. История Еврейского легиона описана Жаботинским в книге «Слово о полку» (1928).

С первых дней своего существования британская военная администрация Палестины начинает уклоняться от выполнения обязательств перед сионистским движением, взятых на себя английским правительством (см. Бальфура Декларация). Жаботинский, занимавший перед тем пробританскую позицию, выступил с протестом против британских властей, что привело к его принудительной демобилизации из Еврейского легиона.

В 1920 г. Жаботинский поселился в Иерусалиме. Предвидя опасность арабских антиеврейских выступлений, Жаботинский безуспешно пытался воспрепятствовать демобилизации Еврейского легиона. После роспуска легиона Жаботинский организовал из его бывших бойцов первые отряды самообороны, которые во время арабских беспорядков на Пасху (см. Песах) 1920 г. пытались прорваться в Старый город Иерусалима для защиты его еврейского населения. За эту акцию военный суд приговорил Жаботинского к 15 годам каторжных работ, однако бурные протесты в Палестине, Англии и Америке вынудили английские власти сначала смягчить, а затем и вовсе аннулировать приговор. В 1921 г. Жаботинский был избран в совет директоров Керен ха-иесод, в котором он возглавил отдел агитации, и в исполнительный комитет Всемирной сионистской организации. Выдвинутая Жаботинским совместно с Х. Вейцманом идея восстановления Еврейского легиона натолкнулась на сопротивление сионистского руководства и некоторых кругов ишува, считавших лучшим решением проблемы национальной безопасности в Палестине создание нелегальных отрядов самообороны (см. Хагана), которые не будут находиться под британским командованием. На 12-м Сионистском конгрессе (сентябрь 1921 г., Карлсбад) Жаботинский был вновь избран в исполнительный комитет Всемирной сионистской организации. Во время конгресса Жаботинский и представитель петлюровского украинского правительства в изгнании М. Славинский подписали соглашение о создании еврейской милиции для защиты еврейского населения от погромов во время планировавшегося похода украинской армии на Советскую Украину. Хотя соглашение предусматривало, что еврейская милиция не будет принимать участия в военных действиях против большевиков, левосоциалистические круги сионистского движения подвергли Жаботинского яростной критике и потребовали принятия против него решительных мер. Однако съезд сионистов Украины и России (сентябрь 1921 г., Берлин) после выяснения вопроса выразил полное доверие Жаботинскому.

Поскольку английское правительство начало ограничивать права евреев на репатриацию в Палестину, не оказывало поддержки поселенческой деятельности и, наконец, изъяло из территории, предназначенной по мандату Лиги Наций для еврейского национального очага, Заиорданье, считавшееся до тех пор неотъемлемой частью Эрец-Исраэль, разногласия между Жаботинским и руководством Всемирной сионистской организации во главе с Х. Вейцманом все больше углублялись. Жаботинский требовал от сионистского руководства проведения твердой линии по отношению к Англии, указывая, что политика британских мандатных властей и верховного комиссара Г. Сэмюэла носит антисионистский характер. После опубликования в 1922 г. Белой книги Жаботинский подал исполнительному комитету Всемирной сионистской организации меморандум, в котором резко осуждал английское правительство. Однако меморандум Жаботинского и предложенный им проект резолюции, призывавшей провозгласить исторические цели сионизма, были отвергнуты исполнительным комитетом, опасавшимся политического конфликта с Британской империей. В январе 1923 г. Жаботинский вышел из исполнительного комитета и занялся литературно-издательской деятельностью, направленной главным образом на национальное воспитание молодежи. Став компаньоном издательства «Ха-сефер» в Берлине, Жаботинский подготовил к изданию первый географический атлас мира на иврите. В июле 1923 г. Жаботинский становится постоянным сотрудником журнала «Рассвет» — органа русских сионистов, эмигрировавших в Европу. В статьях этого периода Жаботинский разъясняет свой подход к решению политических, экономических и социальных проблем, стоявших перед еврейским населением Палестины. Полемизируя с идеологией социалистических партий в сионистском движении, видевших цель сионизма в создании в Эрец-Исраэль общества, основанного на социалистических или коммунистических идеалах, Жаботинский настаивал на примате идеи создания еврейского государства над какими-либо другими идеалами. В статье «Сион и коммунизм» Жаботинский писал: «Сионизм — это воплощение национальной гордости и суверенного самоуважения, органически несовместимых с тем, чтобы судьба евреев была менее важна, чем другие вопросы мирового значения... всякое “спасение мира” — позорная ложь, пока нет у евреев своей страны, как у других народов». Отметая обвинения в том, что он «враг рабочих», Жаботинский резко критиковал лидеров рабочего движения Эрец-Исраэль за «утерю государственного горизонта во славу группового эгоизма». Жаботинский требовал официально провозгласить конечной целью сионизма создание еврейского государства по обе стороны Иордана. Это требование было отвергнуто большинством голосов на 15-м и 17-м Сионистских конгрессах в Базеле в 1927 г. и 1931 г. из опасения усилить враждебность со стороны арабов и затруднить политическую борьбу за заселение и развитие Эрец-Исраэль. Жаботинский не разделял также и экономической концепции рабочих партий, однако считал, что «каждый резонный метод колонизации... имеет право на опыт и поддержку сионистской организации», — как коллективный (киббуцный), так и частновладельческий. Жаботинский категорически отрицал классовую борьбу для еврейского общества Эрец-Исраэль в период построения национального государства. Он призывал решать трудовые конфликты не забастовками и локаутами, а принудительным третейским арбитражем. Еврейское государство, согласно Жаботинскому, должно основываться на принципах демократии и на самодисциплине равноправных граждан.

Принципиальное различие между Жаботинским и социалистическими сионистскими лидерами проявилось также и в подходе к решению арабской проблемы в Палестине. Жаботинский в статье «О железной стене» (1924) писал, что надежды левосоциалистических сионистских идеологов на добровольное согласие арабов Палестины с еврейским заселением страны в обмен на те блага прогресса и цивилизации, которые оно сулит арабским жителям, утопичны. Однако это не означает, что с палестинскими арабами вообще нельзя достичь соглашения: «Невозможно только соглашение добровольное. Покуда есть у арабов хоть искра надежды избавиться от нас, они этой надежды не продадут ни за какие сладкие слова и ни за какие питательные бутерброды, именно потому, что они не сброд, а народ... Живой народ идет на уступки в таких огромных, фатальных вопросах только тогда, когда никакой надежды не осталось, когда в железной стене не видно больше ни одной лазейки». Такой «железной стеной» является «власть, недоступная никаким арабским влияниям», то есть еврейское государство и его вооруженные силы, а не британская мандатная администрация. На упреки в неэтичности выдвигаемой им точки зрения Жаботинский отвечал, что отчуждение части колоссальной территории у народа-латифундиста для того, «чтобы дать очаг народу-скитальцу, есть акт справедливости», а потому требования безземельного и бездомного еврейского народа права на заселение древней родины Эрец-Исраэль морально оправданы.

Объезжая в 1923–24 гг. с циклом лекций ряд стран Европы, Жаботинский встретил поддержку своим идеям, что побудило его к созданию новой партии в сионистском движении на основе ревизии линии политического руководства сионистской организации и возврата к политической концепции Герцля. В апреле 1925 г. в Париже состоялась первая конференция этой партии, принявшей название Союз сионистов-ревизионистов. Главой организации был избран Жаботинский. При ней было организовано молодежное движение Бетар. Жаботинский посвящал Бетару много времени и сил, видя в этой организации инструмент для воспитания нового национального еврейского типа, в котором нуждается нация для строительства своего государства. Став вождем и идеологом широких кругов еврейской молодежи, Жаботинский выдвинул перед ней лозунг «Хад нес» (`только одно знамя`, то есть единая национальная цель, в противоположность двойственности сионистско-социалистической идеологии, в которой соединены классовая и национальная цели).

С 1927 г. Жаботинский жил в Париже. В 1928 г. вернулся в Палестину, где, поселившись в Иерусалиме, редактировал газету «Доар ха-иом». В 1930 г., когда Жаботинский выступал с лекциями в Южной Африке, английские власти запретили ему въезд в Палестину, аннулировав его въездную визу. Жаботинский вновь поселился в Париже. После нападения арабов на еврейские кварталы Иерусалима и резни, учиненной в Хевроне (1929), иерусалимская группа сторонников активных действий основала Национальную военную организацию (Иргун цваи леумми; аббревиатура — Эцел), командующим которой вскоре стал Жаботинский, бывший уже за границей.

С приходом к власти в Германии Гитлера (1933) Жаботинский призвал к организации всемирного бойкота немецких товаров и выступил против соглашения Еврейского агентства с германским правительством о переводе в Палестину имущества немецких евреев, отправляющихся туда (см. Германия), подрывавшего, по его мнению, усилия организовать бойкот. В том же году Жаботинский выступил с энергичной защитой членов ревизионистского движения в Палестине, обвиненных лидерами рабочих партий в убийстве Х. Арлозорова. Это обвинение вызвало ожесточенную внутреннюю борьбу в ишуве и привело его на грань гражданской войны. Стремясь ослабить напряженность, Жаботинский и Д. Бен-Гурион пришли к соглашению о нормализации отношений между ревизионистами и Хистадрутом, однако это соглашение было отклонено плебисцитом членов Хистадрута. Разрыв между ревизионистами и Хистадрутом привел к выходу Союза сионистов-ревизионистов из Всемирной сионистской организации и основанию на Венском конгрессе в сентябре 1935 г. Новой сионистской организации, президентом которой стал Жаботинский. Исполнительный комитет этой организации находился в Лондоне, и Жаботинский в 1936 г. поселился там.

Жаботинский продолжает заниматься также интенсивной литературной и публицистической деятельностью: он публикует на различных языках множество работ по проблемам еврейства и сионистского движения, статьи и фельетоны на общие темы, переводит на иврит произведения классиков европейской и американской литературы (Данте, Гёте, Ростан, Э. По). В этот же период им написаны (по-русски) два романа: «Самсон Назорей» (1926) и «Пятеро» (1936). В первом из них Жаботинский, используя в качестве сюжета библейскую историю о богатыре Самсоне, рисует трагический (во многом — автобиографический) образ вождя, отдавшего весь свой горячий темперамент борьбе за освобождение угнетенного народа, не способного понять его размах и величие его устремлений и видящего в нем чужака. В романе «Пятеро», описывающем историю еврейской семьи в Одессе накануне революции 1905 г., проводится мысль о безвыходности положения ассимилированного русского еврейства. Фельетоны Жаботинского, написанные в начале века на злободневные тогда темы, в течение многих лет служили источником вдохновения и являлись идейным руководством для еврейской молодежи СССР.

Лишенный возможности жить в Палестине, Жаботинский тем не менее продолжал активно участвовать в общественно-политических событиях в стране. В период арабских беспорядков 1936–39 гг. он противился линии хавлага (`самообладание`), принятой руководством ишува и Хаганы. В качестве командира Эцела наметил ответные действия этой организации против арабов. В феврале 1937 г. Жаботинский в выступлении перед комиссией Пиля о положении в Палестине и нуждах еврейства подчеркнул, что если Великобритания не может выполнить взятых обязательств, она должна вернуть мандат на Палестину Лиге Наций. В отличие от позиции, принятой руководством Сионистской организации, Жаботинский отверг предложения комиссии Пиля о разделе Западной Палестины на еврейское и арабское государства и английскую зону. С распространением нацизма, видя угрожающую еврейству Центральной и Восточной Европы опасность, Жаботинский предупреждал о надвигающейся катастрофе и предложил план эвакуации 1,5 млн. евреев из Восточной Европы. Однако план был встречен яростной критикой как в сионистских, так и в несионистских кругах.

После начала Второй мировой войны (1939) Жаботинский выехал в США (февраль 1940 г.) с целью привести в исполнение свой план создания еврейской армии, которая сражалась бы против нацистов на стороне союзников. 4 августа 1940 г. Жаботинский умер от разрыва сердца в лагере Бетара около Нью-Йорка. В написанном им в ноябре 1935 г. завещании Жаботинский просил похоронить его там, где его застигнет смерть, и перевезти его прах в Эрец-Исраэль только согласно постановлению правительства еврейского государства, в скором создании которого он был уверен. Однако лишь в 1964 г. по решению правительства, возглавляемого Л. Эшколом, останки Жаботинского и его жены Иоанны (1884–1949) были перевезены в Израиль и похоронены на горе Герцля в Иерусалиме.

В историю еврейского народа Жаботинский вошел как выдающаяся личность еврейского национального возрождения и один из наиболее крупных национальных лидеров. Целеустремленность, неутомимая борьба за осуществление своих идеалов в сочетании с блестящим полемическим и ораторским талантом и разносторонними дарованиями снискали Жаботинскому как глубокую преданность приверженцев, в особенности из среды молодежи, так и резкую, зачастую переходящую в ненависть вражду политических противников.

Публицистика Жаботинского звала еврейский народ к возрождению. Высмеивая стремление евреев-интеллигентов ассимилироваться в русской культуре, Жаботинский указывал, что только чувство принадлежности к еврейскому народу, к тем духовным богатствам, которые создал на протяжении тысячелетий еврейский гений, могут избавить евреев от ощущения своей неполноценности и вернуть им чувство гордости. Взгляды Жаботинского основаны на достигнутом в результате тяжелой внутренней борьбы (отраженной в его литературных произведениях) синтезе гуманистического индивидуализма и национализма: «Сначала Бог сотворил человека, не нацию, а человека, и обязанность служения нации человек берет на себя добровольно».

 СИОНИЗМ. ГОСУДАРСТВО ИЗРАИЛЬ > Конгрессы, учреждения, партии
Версия для печати
 
Обсудить статью
 
Послать другу
 
Ваша тема
 
 


  

Автор:
  • Редакция энциклопедии
    вверх
    предыдущая статья по алфавиту Жабес Эдмон Жагаре следующая статья по алфавиту